В рассказе «Космические сказания» Артем и Арина беседуют о монадах и космических половинках. И теперь, когда Артем делает рисунки для новой книги, посвященной структуре человека, они продолжают свой разговор – тем более что для этого есть неожиданный повод. Наброски Артема включены в текст данного повествования в качестве иллюстраций.
Вернувшаяся из университета Арина пребывала в задумчивости.
– Что-то необычное произошло? – спросил Артем, помогая ей снять куртку.
– Даже не знаю, – откликнулась та, надевая тапочки. – Может, какая-то новая эпидемия начинается. Но пока известны только два случая.
Молодые люди прошли в комнату.
– Это касается твоего окружения?
– Да, моих сокурсников. У одного проблема с Варей, его девушкой, а у другого – с Максимом, братом-подростком. Оба – и девушка, и мальчик – внезапно перестали говорить.
– В каком смысле? Не хотят говорить или не могут произносить слова?
– Второе. Они полностью сознают чужую речь, но при попытке ответа будто что-то мешает им и не позволяет складывать слова. Никаких нарушений в мозге ни у той, ни у другого не обнаружено.
Арина включила мобильник.
– Сейчас тебе кое-что объясню и покажу. Друг Вари вычитал, что иногда люди, имеющие проблемы с речью, сохраняют способность петь и декламировать стихи. Он попросил девушку произнести какой-нибудь стишок. Но она вместо этого взяла листок бумаги и написала на нем две строчки.
– Надо полагать – с мальчиком проделали то же самое.
– Точно. И, как это ни странно, он поступил аналогично – написал на листке две строчки.
– И тебе переслали эти записи?
– Да. Смотри на экран. Первые две строки принадлежат Варе, вторые – Максиму. Прочитай их без остановки – и ты поймешь причину моей задумчивости.
Арина передала телефон Артему, и тот произнес вслух:
– Это же две части одного целого, – удивленно взглянул он на Арину. – Девушка начала строфу, а мальчик ее завершил.
– Известная игра. Кто-то пишет начало стихотворения, кто-то – продолжение, а кто-то – концовку. Только играющие сознательно вступают во взаимодействие. А эти двое ни о чем предварительно не договаривались, так как ничего друг о друге не знают. По крайней мере, так казалось. Но теперь получается, что какая-то связь между ними все-таки есть.
– Арина, – Артем с интересом слушал жену, – ты, наверное, хочешь, чтобы мы разобрались с этим случаем?
– Давай попытаемся, Артем, – когда сегодня будем смотреть твои рисунки к новой книге о структуре человека.
– Это пока еще только наброски, Арина.
– Но в них заложена уже вся информация. А в момент просмотра у нас с тобой всегда возникают необычные идеи. Вдруг и на этот раз мы придем к какому-нибудь полезному выводу и сможем чем-нибудь помочь.
– Я всегда рад обмену мыслями с тобой. И нас действительно может озарить в нужном направлении. Ведь описанная тобой проблема как раз и связана со структурой человека. Готовность к взаимодействию я проявил, но позволь мне сначала накормить мою голодную жену.
– От обеда твоя жена уж точно не откажется. Тем более что ее нос улавливает запах борща и свежих лепешек.
Наброски для будущих иллюстраций к книге были пронумерованы и подписаны.
– Вот этот рисунок я могу прокомментировать сразу, даже не читая пояснения к нему, – улыбнулась Арина. – Здесь ты изобразил человека и его ауру.
– Да. Это человек, воплощенный в хорошо знакомом нам мире. А что ты можешь сказать по поводу следующего рисунка?
– Думаю, что это то же самое. Просто ты развернул веер, чтобы показать его скрытые части.
– Точно, Арина, молодец. Веер раскрылся и показал три наших тела: физическое, тонкое и огненное.
– Можно, я попробую соотнести названные тобой тела с фигурами на рисунке?
– Пробуй. И говори все, что приходит в голову.
– Видимо, солнце – это огненное тело, в котором мы воспринимаем Огненный Мир. Зеленая фигура – это тело тонкое. В нем мы взаимодействуем с Тонким Миром. Остается сдвоенная телесно-фиолетовая фигура. Значит, это и есть то физическое тело, в котором мы работаем в Физическом Мире.
– Все верно. И три мира, в которых мы функционируем, ты назвала правильно.
– А еще я подумала, Артем, что если бы мы не имели тела для какого-то мира, то не смогли бы его воспринимать. Этот мир мог бы стучаться к нам, но безрезультатно, так как нам нечем было бы на него реагировать.
– И примером того, о чем ты сейчас сказала, является момент, который мы называем смертью. Лишившись физического тела, мы перестаем реагировать на Физический Мир, но на воздействия Тонкого Мира по-прежнему отвечаем, так как тонкое тело нами не утеряно. На эту тему есть рисунок. Мы до него еще дойдем.
– Ладно. Тогда давай сейчас поговорим о солнце. Думаю, что это и есть та самая монада, о которой мы читали в предыдущей книге.
– Да, это она. И сияющее излучение скрывает невероятную силищу. Посмотри вот на эту картинку, чтобы составить впечатление о ее мощи.
– Да, мужские и женские энергии, направленные навстречу друг другу, закручивают грандиозный вихрь.
– А любой вихрь, как известно, привлекает к своей оси и удерживает около нее вещество из окружающего пространства. И это вещество в процессе вращения постепенно структурируется в какую-нибудь систему – типа солнечной или галактической.
– Значит, с монадой происходит то же самое?
– Конечно. Она путешествует по вселенной и отовсюду собирает опыт, накапливая его около вихря, лежащего в ее основе. Кстати, сам этот вихрь называется зерном духа. Вокруг него и структурируется то тело, которое именуют огненным или духовным. Я изобразил это тело солнцем. Оно позволяет нам быть сознательными в Огненном Мире.
– «Зерно духа». Интересно, Артем, что после того, как ты произнес эти слова, мне вдруг стало понятно изображение вот на этой картинке:
– Этот рисунок не очень очевидный. Так что давай – делись своими соображениями.
– Мы как-то с тобой говорили, что все разнообразие, которое мы видим вокруг себя, – это временные формы чего-то единого и однородного. И это единство я увидела в желтом цвете на твоей картинке. А оранжевые вихри, как я понимаю, – это и есть зерна духа, которые зарождаются в единой среде.
– Все правильно, Арина. Желтое поле – это единый элемент огня. А оранжевые спирали – многочисленные зерна духа. Мы действительно едины в своей основе. Но далее начинается разнообразие. Ты же помнишь, что наши монады становятся разными, когда впервые наполняются энергиями различных светил?
– Помню, конечно. Именно это ты изобразил на следующем рисунке. Зерна духа у тебя были одинаковыми, а монады стали разноцветными: синими, красными, зелеными.
– Да, я выделил энергетические наполнения монад разными цветами. И ведь этот заложенный в каждую монаду потенциал, или заряд, энергий фактически определяет ее будущий путь и возможности. Это то сокровище, которое позже развернется в разные свойства и качества человека.
– Получается, что на уровне монад мы разделены на группы. Судя по твоему рисунку, у каждого из нас есть космические родственники. Это те монады, которые зародились под тем же светилом, что и мы. Если, например, мы родились под синим светилом, то все синие – это наши, а если под красным, то наши – это красные.
– Это, конечно, так, но все же мне придется немного изменить этот набросок. Я добавлю в круги одного цвета разное количество звездочек, чтобы сделать их отличающимися друг от друга.
– И что это будет означать?
– То, что каждая монада неповторима изначально. Она, разумеется, наполнена энергиями своего основного светила. Но ведь это светило в созвездии не одно. Другие звезды тоже оказывают какое-то влияние. А их взаимная конфигурация изменяется в каждое мгновение. Поэтому мы можем быть родственниками, например, с зелеными, но все же с самого начала иметь свои особенности.
– Это мне понятно, Артем. Не зря же говорят, что даже на одном дереве нет двух одинаковых листьев. Но давай теперь вернемся к наброску с воплощенным человеком. Ты уже сказал, что солнцем изобразил монаду, то есть ту индивидуальность, которая воплощается в разных личностях. Тогда получается, что все, что находится справа от солнца, обозначает личность текущего воплощения.
– Это так, Арина. И, в общем-то, ясно, для чего монаде нужны все эти разные тела личности.
– Ты сейчас сказал, что тела нужны монаде. Фактически ты тем самым утверждаешь, что она главная в нашей структуре.
– Конечно. Она и является настоящим человеком. Именно она думает, желает и действует. А все тела – это только ее инструменты. Она создает их, так как в своем солнечном теле не может взаимодействовать с более грубыми мирами напрямую.
– А поскольку создаваемые тела недолговечны, она и воплощается то в одной личности, то в другой.
– И после каждого воплощения сохраняет в себе частицу приобретенного опыта.
– Артем, а как ты думаешь – почему говорят о семи телах человека?
– Давай посчитаем. С монадой связано число три: мужское и женское начала, которые образуют зерно духа, и огненное тело. С личностью связано число четыре: тонкое тело (зеленая фигура на рисунке), физическое тело, к которому относят плотное тело (фигура телесного цвета) и его двойник (фиолетовая фигура), и астральная оболочка (синий эллипс). Три плюс четыре дают семь.
– Но на самом первом рисунке у тебя все тела личности сливаются в одно. Это потому, что другие тела не выступают за пределы плотного тела?
– Да. Тонкое тело по размерам немного больше физического, но это становится заметно только тогда, когда оно выделяется из плотного футляра.
– И еще поясни мне, пожалуйста, одну вещь. Нам с тобой встречались упоминания об астральном и ментальном телах. Но на твоем рисунке их нет.
– Дело в том, что астральное тело настолько переплетено у человека с ментальным, что их невозможно разъединить. И это переплетение и образует то, что называют тонким телом. Об этом, кстати, говорит наименование «кама-манас», которое также применяют к тонкому телу. Кама – это астральные образования, связанные с желаниями человека, а манас – ментальные, связанные с интеллектом.
– Но что представляют собой двойник и астральная оболочка?
– Двойник в точности повторяет плотное тело. Он привязан к нему частица к частице. Когда-то двойник был внешним телом человека. Но потом условия планеты изменились, и все на ней стало более плотным, получив двойной футляр. А астральная оболочка – это хорошо организованная среда между телами. Если бы ее не было, то тела не могли бы взаимодействовать. При продвижении информации от плотного тела к тонкому увеличивается частота передающих эфирных волн, а в обратную сторону – уменьшается.
– Хорошо. Вроде бы, обо всех объектах на первых двух рисунках мы поговорили. А на следующей картинке я вижу какое-то новое состояние. Оно вызывает у меня реакцию, которую я выразила бы словами: «Личности стало меньше».
– Действительно – меньше. Догадываешься – почему?
– Ну раз из оболочки исчезли фигуры фиолетового и телесного цвета, то, наверное, на этом рисунке ты изобразил состояние смерти.
– Правильно, Арина. Воплощение этого человека подошло к концу – и плотного тела у него больше нет, о чем говорит эллипс телесного цвета, покинувший астральную оболочку. Нет больше и связанного с плотным телом двойника, который через сорок дней после смерти начинает распадаться на составляющие его элементы. Осталось тонкое тело, а монада перенесла активность сознания в Тонкий Мир.
– Но ведь и астральная оболочка стала какой-то другой.
– Это потому, что она после перехода разделилась на слои. Голубой эллипс изображает высшую астральную оболочку, а красный – низшую.
– Артем, а не означает ли это разделение, что человеку предстоит еще одна смерть, вторая, когда низшая астральная оболочка тоже будет сброшена?
– Посмотри на следующую картинку – и ты поймешь, что твое предположение верно. Красный эллипс как раз и символизирует сброшенную низшую астральную оболочку, которая стала пустой скорлупой, покинутой хозяином.
– И что же происходит с такими скорлупами?
– Со временем они растворяются. И чем выше был по своему духовному уровню ушедший человек, тем быстрее происходит этот процесс.
– Интересно, Артем. А сохраняется ли у человека сознание во время всех этих переходов?
– В книге говорится, что за каждым переходом следует сон, а затем – возвращение сознания. Тонкий Мир многослоен. И во всех его слоях кто-то живет.
– А что происходит дальше? Могу предположить, что тонкое тело тоже не вечно.
– От личности остается только опыт, который передается монаде, то есть настоящему человеку. И она преобразует его в новые качества и способности. А затем начинается новый цикл. Монада строит тела очередной личности, начиная с тонкого. И здесь наблюдается четкая преемственность. Состав новых тел определяется всем тем, что происходило с настоящим человеком в прошлых жизнях.
– Наверное, это как-то связано с понятием «карма»?
– Да. Ведь все вихри желаний и мыслей, которые мы когда-то породили, никуда не исчезают, а собираются в нашей ауре при начале нового воплощения. И эти вихри будут притягивать встречи и предопределять обстоятельства новой жизни.
– А что изображено у тебя здесь, Артем? Кто такой Архат?
– Это человек, достигший очень высокой степени духовного развития. Ты видишь, что у него астральная оболочка разделилась на низшую и высшую еще во время воплощения. Это значит, что тела такого человека способны работать независимо друг от друга. И это дает ему гораздо большие возможности для познания и помощи миру.
– А на этом рисунке тоже изображена какая-то особенность?
– Здесь нарисован момент активности медиума.
– С медиумами у меня связано представление о материализациях на спиритических сеансах.
– Все правильно. Медиум устроен так, что из его плотного футляра легко выделяется двойник с низшей астральной оболочкой. И этой выделившейся оболочкой пользуются разные сущности из низших слоев Тонкого Мира, чтобы проявить себя. При этом тонкое тело медиума бездействуют, не контролируя ситуацию, а плотное служит бессознательно пишущим или говорящим автоматом.
– Получается, что если у Архата активны все тела и он сознательно взаимодействует со всеми тремя мирами, то медиум работает только с миром сброшенных астральных оболочек. Неужели именно от них он получает свою информацию?
– Получается, что так. И эти искусственно оживляемые скорлупы ничего нового сообщить не могут. Некоторые считают их душами умерших людей, но на самом деле они только шелуха, механически воспроизводящая образы ушедшего хозяина.
– Это мне понятно, Артем. Здесь все действия производятся на низшем уровне. А с душой может соприкоснуться только душа. Но давай теперь поговорим о последних двух твоих набросках. Что ты хотел проиллюстрировать ими?
– Все те же самые вихри. Зерно духа, лежащее в основе монады, не является единственным вихрем в нашей структуре. В нас есть множество нервных центров, которые, как магниты, привлекают и удерживают около себя необходимую нам энергию. Эти вихри называют еще чакрами. На рисунке я изобразил только некоторые из них. А те семь, которые расположены вдоль позвоночника, наиболее известны.
– Ты нарисовал центры на зеленой фигуре. Значит ли это, что они находятся в тонком теле?
– Да. Но у них есть соответствия в виде нервных сплетений в двойнике и плотном теле. Каждый центр аккумулирует космическую энергию своего типа, то есть своего цвета. И эту энергию можно при необходимости передать даже другому организму.
– Получается, Артем, что мы по рождению являемся детьми космоса. Но это еще не все. Мы энергетически зависим от него постоянно.
– Да, Арина, мы живем за счет энергий космоса. Но ведь и сами мы влияем на него. Пропуская космические энергии через свои центры, мы творчески преобразуем их во что-то новое и неповторимое.
– Но я слышала, что центры у большинства людей спят и их нужно активизировать.
– Это не такая простая задача. Насколько я понимаю, люди часто вредят своему продвижению, отдавая себя в руки неизвестных учителей, которые обещают им то, чего дать не способны.
– Но все же люди с активизированными центрами есть на Земле?
– Думаю, что есть, но немного. И на последнем наброске, который ты сейчас рассматриваешь, я как раз и попытался изобразить ауру огненного йога с празднично вспыхнувшими основными центрами.
– А еще такая аура, наверное, является непробиваемой защитой.
– Ты права. Ведь внешняя ее часть превратилась в защитную сеть, а лучи могут поражать врага.
Арина и Артем замолчали.
– Ничего мне в голову пока не пришло, – произнесла Арина через некоторое время. – Это я по поводу проблемы Вари и Максима.
– Надо подождать, – отозвался Артем. – Информация, которой мы с тобой обменялись, еще не улеглась в нас. К тому же не будем забывать, что ты у нас способна видеть удивительные сны.
– Меня зовут Сагерт, Арина. Я готов принять твою помощь.
– Но что нужно мне сделать?
– Направить оба потока Карен в одно место.
– Карен – это Варя? Но где же ее второй поток?
– Подумай. Отойди от шаблонов.
– Варя написала:
– Да.
– Параллельное воплощение?
– Да. Посмотри на эфирный экран. Я покажу тебе, как это произошло.
– Я вижу. Но в тело Вари влилось гораздо больше энергии, чем в тело Максима.
– Есть существенная неравномерность. Карен посчитала, что современной женщине сил потребуется больше. Она впервые участвует в таком эксперименте.
– Но что происходит в двух ее телах сейчас?
– В голове мальчика закупорился один из энергетических каналов. Он может лишиться не только речи, но и слуха и зрения. Ему не хватит энергии, чтобы справиться самому. Девушка удерживает ситуацию, взяв часть проблемы на себя, но необходимо более интенсивное ее вмешательство.
– Я поняла, Сагерт. Мы с Артемом постараемся, чтобы потоки Карен встретили друг друга.
Артем и Арина проснулись одновременно.
– Мне нечего сказать тебе, Артем, – произнесла Арина. – Может, я что-то и видела, но ничего не помню.
– А не возникла ли у тебя какая-нибудь убежденность, которой раньше не было?
– Что-то такое действительно есть. Пожалуй, это уверенность в том, что Максим и Варя должны встретиться.
– Это несложная задача. Сегодня воскресенье. Собери у нас небольшую компанию.
– Думаю, что в этом есть смысл. Мы пригласим обоих моих сокурсников вместе с девушкой и мальчиком на кофе.
– Тогда не будем откладывать. Иди сейчас в душ, а потом звони.
Переговоры не заняли много времени. Ребятам явно нужна была помощь.
Варя вошла в комнату, когда там уже находился Максим. Она молча подошла к нему и протянула руки ладонями вверх. Ни на мгновение не задумываясь, мальчик положил свои ладони сверху.
–
Никто из присутствующих не шелохнулся до тех пор, пока руки Максима и Вари не рассоединились.
– Мы с тобой как два сообщающихся сосуда, – произнесла девушка, обращаясь к мальчику. – Наши энергии теперь уравнялись.
– Благодарю тебя, – ответил тот, – что ты изгнала боль и тьму из моей головы.
– Тебе больше не придется страдать от моей чрезмерной энергичности и неуравновешенности, – повернулась Варя к другу, глядящему на нее в радостном изумлении.
– Я снова здоров и не доставлю тебе новых беспокойств, – пообещал Максим потрясенному брату.
Артем шепнул Арине: «Пойдем, приготовим кофе», – и они тихонько вышли на кухню. Арина была взволнована.
– У меня все дрожит внутри, – пояснила она свои ощущения.
– Еще бы – такой напряженный момент! Я будто бы увидел, как гармонично сблизились их ауры.
– Потому все и замерли, что тоже почувствовали произошедшее сближение. Наверное, это выглядит очень красиво, когда двое превращаются в одно. Ты сможешь нарисовать это, Артем?
– Постараюсь. А еще я изображу пару ощетинившихся ежей.
– А это зачем? – Арина начала успокаиваться.
– Для равновесия. Если уж показывать встречу аур симпатизирующих друг другу людей, то надо продемонстрировать и противоположную ситуацию.
Арина уже улыбалась.
– Ты знаешь, Артем, какая новая уверенность появилась во мне? Тебе надо сделать еще один набросок.
– Какой же, Арина?
– О параллельном воплощении – о таком, когда одна и та же индивидуальность воплощается в двух разных личностях.
Артем глубоко заглянул в глаза любимой жены.
– Думаю, догадка твоя, как обычно, верна. И хотя в иллюстрируемой книге нет ничего на эту тему, я обязательно сделаю этот рисунок – для тебя.